Войти с помощью

Архив
13 января 2003

УКРАИНСКАЯ ЭТНИЧЕСКАЯ ГРУППИРОВКА В ХАРБИНЕ В 1930-е ГОДЫ В ОСВЕЩЕНИИ СОВЕТСКОЙ РАЗВЕДКИ

   Статья «Кризис империи?» Евгения Жеребецкого, напечатанная в последнем номере «Зеркала недели» вызвала широкий интерес общественности к перспективам Российской федерации. В статье затронута проблема увеличения китайского присутствия на Дальнем Востоке и возможной потери, как для России, так и Европы в целом. Украина, имеющая непосредственное отношения к проблеме заселения Зауралья, не может стоять в стороне. Предлагаем Вашему вниманию материал, посвященный деятельности украинских политических организаций на Дальнем Востоке в 30-х годах прошлого века.        Эмиграция в Харбине начинает складываться еще в 1920 году, причем в значительной мере отличалаясь от эмиграции в Европе. На КВЖД преобладало русское население и потому противники советской власти, оказавшись за границей, психологически не чувствовали себя в полной изоляции. Так продолжалось до 1924 года, до времени прихода на КВЖД советской администрации. По разному складывались отношения китайской администрации в Маньчжурии и советской на КВЖД - от резкого обострения во время конфликта 1929 года до потепления в начале 1930-х, когда начался процесс советизации КВЖД. В феврале 1932 года японские войска вступили в Харбин и политическое влияние Москвы закончилось.     В этот период начинают активно действовать многочисленные антисоветские организации. К числу наиболее массовых относились "Народно-монархический союз", "Дальневосточный казачий союз", "Российский общевойсковой союз", "Союз казачьих войск", "Всероссийская фашистская партия", "Союз торгово-промышленников". К ним близко примыкали сепаратистские эмигрантские группировки областников, татар, украинцев, мусульман, которым Японская военная миссия (ЯВМ) и жандармерия уделяли особое внимание.     В начале 1930-х годов в государстве Маньчжоу-Го проживало 11 тысяч украинских эмигрантов. В Японской военной миссии существовал план создания буферного украинского государства в советском Приморье (так называемый "зеленый клин") после начала военных действий против СССР. Эта идея принадлежала руководителю миссии Камацубаре (возглавлял ЯВМ до 1932 года), которую он изложил в донесении штабу Квантунской армии. Японцы планировали во время войны спровоцировать антисоветское восстание украинцев Приморья и увязать его с контрреволюционным движением на Украине и движением украинцев в Европе. Предварительную работу они начали еще в конце 1920-х годов. Она выражалась в пропаганде идеи буфера, попытках создания нелегальных ячеек украинцев на базе украинской колонии в Харбине (1). При встречах с лидерами украинской эмиграции японцы постоянно подчеркивали, что надежды украинцев на независнмосгь Украины, идущие с Запада, не реальны и только на Востоке существует возможность создания независимого украинского государства.     Японская военная миссия в качестве основных ставила следующие задачи: объединение украинцев Маньчжурии и выбор руководителей восстания; вербовка сочувствующих и установление связи с советским Дальним Востоком; создание в этом регионе нелегальных групп (2). Влияние ЯВМ внесло оживление в среду лидеров украинской колонии, что особенно полно проявилось 24 апреля 1934 года на вечере памяти Т. Шевченко. На вечере выступили один из руководителей украинской эмиграции Кулябко-Корецкий, приехавший из Берлина сторонник гетмана Скоропадского Самарский и бывшие представители Украинской Рады Андрушенко и Даниленко, которые призывали к объединению и помощи братьям за Амуром в деле создания Гетманской Дальневосточной Украинской Республики (3).     В связи с существованием планов и предпринимаемыми попытками по их реализации органы советской разведки начали активно разрабатывать украинскую колонию в Маньчжурии. Вся колония была условно разбита на пять групп, каждой из которых была дана емкая характеристика: младороссы, центральная, независимая, красная группировки и прочие (4).     Младороссы рассматривали Украину исключительно как часть России, самостоятельность Украины они не признавали. Японцы понимали, что лозунг борьбы за независимость Украины для них нельзя использовать, но в антисоветском движении младороссы готовы принять самое активное участие. Центральная группа сочувствовала национальному движению за независимость. В случае определенных успехов она готова была принять участие в движении, но при первых же неудачах отходила в сторону. В отношении коммунизма члены группы занимали непримиримые позиции и путем умелого руководства японцы рассчитывали из их числа получить хороших и многочисленных сторонников антисоветской борьбы. Независимая группа состояла в основном нз молодежи и принимала в движении самое горячее участие, испытывая при этом резкую неприязнь к русским. С белоэмигрантами сходилась лишь в пункте антисоветской борьбы. Эта группировка представляла наибольшую ценность для Японии. К красной группировке относились украинцы, имевшие советское подданство и коммунисты. Конечно, они не принимали участия в украинском национальном движении, однако предсгавители ЯВМ депали ставку и на них, т. к. были убеждены, что у красных имелась внутренняя тяга к независимости. что ставило их как бы между младороссами и независимой группировкой. В этой связи ЯВМ разрабатывала идею о создании "красно-независимого" движения. К группе прочих былн отнесены лица, не имевшие отношения к политике, чьи интересы не выходили за рамки работы и личной жизни. По мнению лидеров эмиграции и ЯВМ, эта группа не имела никакой ценности в качестве противостояния коммунизму.     Столь пристальное внимание Японии к украинскому вопросу бьшо обусловлено прежде всего тем, что украинцев в Дальневосточном крае насчитывалось 313 тысяч человек, что составляло треть всего населения. Выходцы из Украины были первыми поселенцами края, традиционно занимавшимися хлебопашеством. Начавшееся в советское время бурное освоение Дальнего Востока, сопровождавшееся ростом миграционных процессов, вызывало недовольство со стороны украинцев, а массовая коллективизация вызывала враждебное отношение. Опасность положения усугублялась и тем, что в дальневосточных частях Красной Армии служило много украинцев, остро переживавших трагедию, которая постигла их родные села на Украине в результате коллективизации.     Советская разведка обращала внимание руководства на работу ЯВМ, направленную на объединение всей эмиграции в Маньчжурии под руководством атамана Г. М. Семенова, на которого делал ставку новый руководитель миссии Акикуса. О серьезности этих намерений говорят следующие факты. Председатель Всероссийской фашистской партии А. А. Вонсяцкий, с согласия японцев, был исключен из состава ВФП за критику в адрес атамана, а в кругах эмиграции рассматривался вопрос о создании на терртории Забайкалья марионеточного государства по типу Маньчжоу-Го и назначении его царем атамана Семенова.     Несомненной заслугой советской разведки стало освещение деятельности специального комитета, созданного в сентябре 1934 года при штабе Квантунской армии. В него вошли представители Второго отдела штаба армии, японского посольства в Маньчжоу-Го и управления главнокомандующего Южно-Маньчжурской железной дороги. Основной целью комитета являлось обследование территории Монголии и советского Дальнего Востока на предмет возможности расквартирования войск, состояния дорог, переправ, связи. промышленности, водоснабжения, автотранспорта. Эти же проблемы обсуждались на трех совещаниях Всероссийской фашистской партии в августе 1935 года, материалы которых также стали достоянием советской разведки (5).     В конце 1934 г. в Харбине была создана Украинская военная организация "Сич" (секретарь - Р. Р. Бариловнч), которая стала филиалом берлинской организации гетмана Скоропадского. При организации была создана военная школа. Все организационные вопросы и финансирование взяла на себя ЯВМ. В случае начала военных действий отряды украинских сепаратистов планировалось забросить на северную границу, в Уссурийский край, где 60 процентов населения составляли украинцы. В этот же период началось массовое изготовление листовок, обращенных к украинскому населению, с лозунгами о создании широкой автономии. Печатались листовки, предназначенные для украинцев - военнослужащих РККА. Налаживались связи с контрабандистами, через которых планировалось осуществлять заброску пропагандистской литературы на территорию советского Приморья (6).     Все это создавало реальную угрозу безопасности советского государства. В то же время четкая и профессиональная деятельность спецслужб позволили руководству страны быть в курсе агрессивных планов Японии и эмиграции в Маньчжурии и осуществить своевременную контрподготовку, что проявилось во время советско-японскнх столкновений на советско-маньчжурской и монголо-маньчжурской границах.     Литература:     1. Архив управления ФСБ РФ по Республике Бурятия (АУФСБРБ). Ф. 2. Оп. 1. Д. 4. Л. 41.     2. Там же. Л. 43.     3. Там же. Л. 41 - 42.     4. Там же. Л. 43 - 45.     5. Курас Л. В. Харбинская белая эмиграция в освещении спецслужб СССР // Из истории спецслужб Бурятии. Улан-Удэ, 1997.     6. АУФСБРБ. Ф. 2. Оп. 1. Д. 4. Л. 6.    
blog comments powered by Disqus
baner 1
при использовании материалов ссылка на Выборы.org обязательна.

© 2002—2018 «Выборы.ORG»