Войти с помощью

Аналитика
9 апреля 2010

«Донецкие» перессорились из-за пальмы Мерцалова

В Донецке — очередной скандал криминально-политического оттенка. На этот раз поводом стал официозный символ региона — «Пальма Мерцалова». Началось все с того, что областное начальство затеяло отмечать 75-летие Донецкой области. Тот факт, что столь солидная дата плохо сообразуется с 16-ю неполными годками украинской независимости, руководителей «региона особого назначения» немало не смутил.

Конфликт же вспыхнул, когда председатель областного совета Анатолий Близнюк заявил, что в честь праздника на бульваре в центре Донецка водрузят стальную «Пальму Мерцалова». Для справки: двухметровая «Пальма Мерцалова» была изготовлена в начале прошлого века для Нижегородской ярмарки с целью рекламы продукции Донецкого металлургического завода. Заводской кузнец (давший имя данному, так сказать, артефакту) отковал экзотическое дерево из единого куска рельса. Оригинал диковинки, весящей около полутора центнеров, хранится в Политехническом музее Петербурга.

Так вот, заявление главы Донецкого облсовета было сразу же опротестовано известным украинским политтехнологом, также дончанином Константином Воробьевым. Последний утверждает, что владеет авторскими правами на имиджевый проект «Пальма Мерцалова», и, соответственно, ему решать, где именно шуметь железной листвой символу индустриального региона.

Оппоненты обменялись острыми репликами. Глава Донецкого облсовета Близнюк: «Это просто авантюрист, и все. Однако всякому действию есть противодействие. Это наша собственность, и мы вправе ею распоряжаться. А тот человек, который возомнил о себе, что он там «дуже» какой-то великий, мы с ним поступим по закону. Пальма же будет здесь стоять!»

Воробьев: «Анатолий Михайлович (А. Близнюк), если он Швондер по жизни, то пусть он, пожалуйста, этим занимается в Краматорске, на своих предприятиях, которые у него там есть. А не в Донецке».

Золото скифов

Говорят, что выпускник Донецкого политехнического института Константин Воробьев наткнулся на свою золотую жилу, учредив в 1996 г. в «шахтерской столице» рекламное агентство «Кардинал». Вскоре шустрому молодому рекламисту местные власти доверили разработку концепции регионального фестиваля деловой элиты. Публичное действо должно было подпитывать идею уникальности Донбасса, маскируя ее под вполне уместный региональный патриотизм.

Вот здесь-то и расцвел во всей красе организационный талант Воробьева. Ежегодные фестивали «Золотой скиф» неизменно демонстрировали ошарашенным местным предпринимателям все новые, невиданные воплощения фантазий его раскрепощенного ума. Сначала — массовый «Деловой прием» (с «ну очень» дорогими входными билетами — за право поднять бокал с первыми руководителями области). Потом — заседания «Международного землячества донетчан», конкурсы балета и команд знатоков клуба «Что? Где? Когда?», слеты бардов из стран СНГ, концерты звезд эстрады советских времен (где-то в глубинке Италии однажды раскопали и привезли в Донецк забытого даже у себя на родине «золотоголосого мальчика» Робертино Лоретти). А также соревнования воздушных шаров-монгольфьеров, открытие музея старой техники под открытым небом, пивные фестивали…

Апофеоз «Золотых скифов» пришелся на 2001—2002 гг., когда возле Донецкого горисполкома была торжественно установлена копия московской Царь-пушки,  изготовлены памятники основателю города (правда, весьма спорному) английскому предпринимателю Джону Юзу, а также певцу Анатолию Соловьяненко. Последний монумент, как поговаривали в городе, родные артиста сочли не очень удачным, поэтому накануне праздника его срочно... покрыли слоем позолоты.

Пару раз помпезное региональное действо посетил президент Леонид Кучма. При всем при том, донецкие фестивали четко выдерживали заявленную вначале линию: «между Киевом и Москвой». Пригодилась и легенда о дереве-рельсе донецкого кузнеца, так и не вернувшемся на родину с нижегородского оптового базара.

Теперь все — Донбасс?

Увесистыми стальными близнецами-копиями «Пальмы Мерцалова» донецкие принялись щедро одарить правительство Москвы, Киевскую госадминистрацию, Львов. Изваяния экзотического для Донбасса растения местные альпинисты поднимали на горные вершины, а аквалангисты — установили под водой у крымского мыса Тарханкут.

Говорят, что в планах Воробьева относительно последнего, неосуществленного фестиваля «Золотой скиф» было вообще что-то фантасмагорическое: постановка оперы «Князь Игорь» под открытым небом, на фоне Святогорского пещерного монастыря, с массовкой в сотни конных джигитов и лучшими солистами мира, спускающимися на импровизированную сцену с дирижаблей. А также сооружение в центре Донецка степного кургана в натуральную величину, с водружением на вершину золотой «скифской бабы».

Понятно, что такие масштабные начинания требовали соответствующих средств. Утверждают, что исполнительный директор специально созданного «под фестиваль» благотворительного фонда К.Воробьева собирал их весьма виртуозно, намекая потенциальным спонсорам на возможность получения престижной награды фестиваля в одной из многочисленных категорий, умело подчеркивая свою близость к первым лицам региона — В.Януковичу (который до недавнего времени был официальным президентом «Золотого скифа»), неоднократному лауреату этого проекта Р.Ахметову и др.

Но за грандиозными планами очередного фестиваля его исполнительный директор, так сказать, проворонил нужный поворот. «Донецкие» массово отправились завоевывать Киев и весьма быстро в этом преуспели. Суть регионального фестиваля как парада провинциального достатка и суверенности — утратила смысл. По крылатому определению одного из «регионалов» той поры, «теперь вся Украина стала Донбасс».

Вдобавок, после окончательного переезда в столицу основного патрона «Золотого скифа» Виктора Януковича, у фирмы «Кардинал» стали настойчиво требовать отчет по финансовым сметам проведенных фестивалей. Константин Воробьев, обвинив в рэкете тогдашнего главу облсовета Бориса Колесникова, поспешно покинул Донбасс. Напоследок идейный отец «Золотого скифа» преподнес родному краю неприятный сюрприз, объявив личной интеллектуальной собственностью и сам фестиваль, и символическую «Пальму Мерцалова», и даже золотого степного истукана, так и не воплощенного в драгоценный металл.

Мы — кузнецы?

Почему сегодня, после нескольких лет относительного затишья скандал вокруг экзотического железного дерева вспыхнул с новой силой? Прежде всего, потому, что политический хронометр в Донбассе сегодня ощутимо движется вспять. Нет ничего удивительного в возвращении старых, казалось бы, навсегда похороненных идеологических химер. Например, власти объявили о своем намерении в ходе уже упоминавшегося празднования 75-летия Донецкой области не только провести массовые ударные стахановские вахты, но и украсить «шахтерскую столицу» скульптурными изображениями шахтера, металлурга, химика и представителей других основных профессий «всеукраинской кочегарки». Стальная «Пальма Мерцалова» в этом вернисаже возрожденного соцреализма, наверное, будет смотреться вполне органично (хотя еще более сгодилась бы цементная девушка с веслом).

Ну а что касается политтехнолога Кости Воробьева, то он, похоже, своим уникальным чутьем «вычислил» открывающуюся возможность заработать «новые бабки на старых песнях» и поспешил напомнить о себе. Как всегда, в громкой и неповторимой манере.

В спор за права на «Пальму Мерцалова» между донецкими властями и ее идейным отцом К.Воробьевым внезапно вмешался кузнец Сергей Каспрук, официально признанный патентованный изготовитель бесчисленных копий железного растения. По признанию Каспрука, в его запасниках «совершенно случайно» завалялся еще один, неучтенный экземпляр официального символа Донбасса. «Пусть Донецкая железная дорога подарит мне, ей самой совершенно не нужную кузнечную мастерскую, я же охотно отдам «Пальму Мерцалова» — делайте с ней, что хотите», — предложил взаимовыгодный обмен местный умелец.

Если подобный «ченч» произойдет, то, может статься, миллионный Донецк украсится сразу двумя «альтернативными» железными деревцами. Многовато даже для оплота бело-голубых политических сил. Но, с другой стороны, каковы времена — таковы и нравы.

Вынос:

Увесистыми стальными близнецами-копиями «Пальмы Мерцалова» донецкие принялись щедро одарить правительство Москвы, Киевскую госадминистрацию, Львов. Изваяния экзотического для Донбасса растения местные альпинисты поднимали на горные вершины, а аквалангисты — установили под водой у крымского мыса Тарханкут.

blog comments powered by Disqus
baner 1
при использовании материалов ссылка на Выборы.org обязательна.

© 2002—2018 «Выборы.ORG»