Войти с помощью

Технологии
8 февраля 2012

О новых революциях, интернете и конце политтехнологии

ЧАСТЬ 2

Руслан Павленко (редактор «Выборы.Орг»): Политика и политические технологии разительно изменились за последнее время. Интернет перестроил политическую реальность и стал символом этих перемен. Об этом мы и будем говорить с политтехнологом Аленой Сибиряковой, автором книги «Украина. Точка G», которая готовиться к изданию в конце феврале-марте 2012 года.

Руслан Павленко:  Алена, учитывая последние резонансные действия в украинском Интернете, расскажите немного про явление блудной площади Интернета как средства политической коммуникации. Что это? Новый этап или конец традиционным методам пропаганды, о которых ты упоминала раньше?

Алена Сибирякова: Интернет – всего лишь одна из многих современных технологических систем, поддерживающих глобальную коммуникационную сеть, которая, с одной стороны, активно развивается, а с другой –легко мониторится и контролируется. Над последними задачами работают специалисты высокого уровня, которые могут без труда отследить движения мысли каждого пользователя, его круг контактов, его интересы, вкусы и предпочтения. А если вы работаете в публичном контуре, то проанализировать лежащие в сети данные о вас, и спрогнозировать ваше поведение, вообще не представляет труда… В России с интернетом и пользователями работают давно и грамотно. Украина может и отстает, но и у нас все больше контроля за поведением человека при помощи данных, собранных во всемирной сети. Однажды мне довелось испытать это на себе. Могу рассказать!

Сразу после моей поездки на выборы в Кыргызстан на мой блог на Украинской Правде зачастил некий блогер, называвшийся редактором питерского издания. Борьба в тот год на кыргызских выборах шла очень серьезная, решался вопрос, кто сформирует большинство в высшем законодательном органе страны Жокоргу Кенеш. Противостояние партии власти Ак Джол и оппозиционной партии Атамикен находилось под плотным контролем, как со стороны россиян, так и со стороны западных наблюдателей. Поэтому такое исключительное внимание русского гостя к моему дневнику стало со временем понятно.

Благодаря едким и содержательным комментариям этого «помощника» в обсуждение темы моей поездки втягивалось огромное число пользователей, он умело создавал яркую и интересную дискуссию. Спустя несколько лет, убедившись, что я не представляю никакого интереса с точки зрения угрозы национальной безопасности, мнимый питерский блогер ушел.

К ультурно так, попрощался – в ответ на мое предложение встретиться в Киеве, рассказал, что влюбился в девушку, и на прощение прислал мне свой харизматичный снимок. Все очень вежливо, дипломатично и прозрачно.

Чуть позже у меня была возможность сравнить его стиль работы со стилем работы отечественных экс-службистов, действующих агрессивно и уничижительно, методом неприкрытого морального прессинга, используя для этого все доступные им каналы технической связи: помимо компьютера - мобильный телефон, SMS сообщения, рабочие факсы и даже профиль в социальной сети FaceBook. Разумеется, это делалось неофициально. В моей книге анализу методов работы спецслужб посвящена целая глава «Я – Мата Хари или Мышка Наружка», за приготовлением плова с одним из героев – Михаилом Игроковым мы размышляем над этим вопросом вслух, в конце главы приводится рецепт этого удивительного блюда.

В то же время, возвращаясь, к вопросу роли Интернета, я уверенна,  что на пост-советском пространстве, в том числе в Украине и Кыргызстане - странах, где мне довелось работать Интернет пока  не сделался средством массовой самоорганизации и инструментом политической борьбы, и в ближайшее время таковым не станет.

Р.: Алена, я тебе скажу, почему я с тобой не согласен. Главным фактором, который повлиял на результат недавних российских выборов, считается гражданская кампания в интернете -«Единая Россия – партия жуликов и воров», которая продвигалась топовыми блоггерами, у каждого из которых есть своя аудитория в сотни тысяч ежемесячных читателей, сравнимая с общероссийскими изданиями. Эти люди заняли определенную позицию в Интернете. Их пытались закрывать, блокировать, нанимали армии ботов. Но все равно они оказались результативными, в том числе и во внедрении новых интерактивных технологий в политику. С помощью этих блоггеров, например, через голосование на фейсбуке определялись выступающие на митинге «У нас украли голоса», повестка целей митинга. В этой же связи, как ты оцениваешь последние события в украинском Интернете, связанные с хакерскими атаками на сайты первых институтов державы – сайт МВС, Президента, КабМина и ВРУ…

А.: Для меня как политтехнолога вопрос в другом, привела ли эта активность в Интернете к реальным изменениям в политической ситуации в стране. На мой взгляд - нет, потому, что масштабные территории России до сих пор находятся в сфере влияния другого технического канала – телевидения . В Украине изъятие одного сервера привело к сильному деструктивному действию со стороны хакеров, половина из которых не являются украинскими гражданами. Скоро проблема будет устранена, очередной пожар потушен. От этого  ситуация в стране не изменится к лучшему.

Р.: Ну, я понимаю, да.

А.: Влияние интернета на постсоветском пространстве пока еще не сопоставимо с телевидением. Это в Штатах значимая часть избирательной кампании Обамы прошла в интернете, а революции в арабских странах случились благодаря низовой самоорганизации средствами интернета. Мне интересно другое, почему именно в Арабских странах интернет стал тем средством, которое, на сегодняшний день, переломило там ход политических событий.

Р.: Считаю, что в арабских странах был важен фактор большой доли молодого населения, которое как раз общается через интернет…

А.: Обычно на подобные события влияет множество факторов, не только особенности менталитета, масштаб территории, исторические и культурные факторы. Позволю себе вспомнить год, когда произошла оранжевая революция в Украине.

В то время одна из наших политтехнологических групп завершила работу в южном регионе страны, где занималась исключительно «полевыми технологиями», поскольку все  медиа –каналы перекрывали конкуренты. Так вот, по завершению этих событий к нам проявил интерес телеканал «Аль-Джазира». Арабские коллеги приехали к нам перенимать опыт, брали интервью по поводу того, как в отдельно взятой области был достигнут высокий результат (рейтинг с 12% в начале кампании вырос до 27% по ее завершению). Иными словами, в момент, когда на экранах западного телевидения бесконечно транслировались кадры заметенного снегом многотысячного Майдана, украшенного знаковыми оранжевыми ленточками, канал «Аль-Джазира» проявил интерес к инструментам, обеспечивающим общение людей друг с другом (мы называем этот процесс - управление неформальными коммуникациями) без каналов масс-медиа. Из этого общения я для себя вынесла, что в Арабском мире существует особый подход к оценке политической ситуации и методов ведения политической борьбы. Что есть территории, где политическая борьба может быть организована совершенно по другому принципу, чем тот, который мы считаем привычным на своей.

Попробую развить эту мысль на другом примере.  По многим политическим вопросам Арабский мир занимает конфликтную позицию по отношению к США , которые сумели выстроить жесткую систему информационных медиа-каналов, пронизывающих все сферы  жизни современного человека: через телевидение, газеты, радио.

Что необходимо с точки зрения технологии представителям конфликтующей стороны? Добиться вхождения в информационное поле оппонентов. Каким образом заставить информационные каналы оппонентов говорить о них, брать и показывать определенную выгодную их стороне картинку (изображение).  Только «информационным набегом». В достижении цели Арабский мир создает и фиксирует образ жертвы, чем наносит сильнейший смысловой удар по аудитории противника: западные медиа-ресурсы сами берут и многократно транслируют каждое новое видео террористических актов с участием арабских «смертников». Это страшное и одновременно с тем эффективное и действенное решение «захвата чужой территории».

И в этом контексте возникает Интернет как один из каналов, который повлиял на реальную политику на арабских территориях и стал предтечей событий Арабской Весны. Думаю, за этим стоит не просто совпадение, а иной способ мышления , самоорганизации и ведения политической борьбы арабским народом.

Р.: Можно утверждать, что интернет – это прекрасный дополнительный канал, если есть какая-то идея, которая может работать, с помощью которого можно дать сигнал глобальному миру. Но без идеи, сам по себе интернет не решает.

А.: Безусловно. Это просто канал, всего лишь одно из передовых средств коммуникации.
Еще великий канадский медиагуру Маршалл Маклюен, предрекший рождение «глобальной деревни», говорил, что средство коммуникации и есть сообщение. Поэтому, прежде чем использовать возможности Интернета в политической или избирательной кампании следует задуматься, в чем состоит ваше сообщение? Мне кажется, этот вопрос особенно остро стоит перед Украиной. У Арабского мира и Западного мира есть идеи, которые они готовы отстаивать и продвигать в глобальном мире. А мы? В чем состоит message Украины глобальному миру?

Р.: Я вспомнил старую марксистскую историю о том, что новое средство производства изменяет и сознание. И, соответственно, если появляется технический способ, меняющий качество общения, то это приведет и к новым социальным связям и способам политического действия. А социальные связи приведут к новым идеям, а эти идеи - к новому обществу. Вопрос в связи с будущими парламентскими выборами. Твой прогноз с точки зрения проведения избирательных кампаний.

А.: На украинские выборы сильно повлияет результат выборов в России, которые состояться в марте. Если после оранжевой революции исторический маятник Украины двинулся в сторону либеральных идей и цивилизованного Запада, то два года назад, с приходом новой власти в Украине исторический маятник стал двигаться в обратную сторону - Евроазийскую. Поэтому очень может быть, что политические сценарии, которые на сегодняшний день кажутся актуальными и востребованными для Украины, существенно изменяться после мартовских выборов в России, учитывая, что наша страна всегда была экономически, технологически и смысло-образующе зависима от внешних факторов и, прежде всего, от России.

Для меня очевидно, что целью держателей украинской власти является победа на следующих президентских выборах (ближайшие парламентские парламентские выборы в 2012, это «тренировочные дни», чтобы сделать правильную президентскую кампанию - 2015). В то же время в Украине мало собственных ресурсов и идей. (Вспомните, во время украинских президентских выборов, мы почти всегда копировали российский подход: сценарии «Голосуй или проиграешь!», «Наследник», - известны сегодня всякому мало-мальски подкованному гражданину). Из чего я делаю вывод, что на ближайших парламентских выборах-2012 неожиданных интересных сценариев ожидать не стоит.

Р.: Ален, в связи с этим у меня такой вопрос. Я понимаю, что ты живешь в какой-то своей проблематике, порожденной твоей историей. Но сколько работал на выборах, в разных конторах, и нигде не встречал этих демонизированных российских пиарщиков, видел только наших. Не выходит ли, что ты преувеличиваешь роль российского фактора в Украине, исходя из своего личного опыта. Говоришь про какого-то чудного Гельмана, а я его реально не видел.

А.: С Гельманом я тоже не встречалась. Только то, что на ближайших украинских выборах все пройдет традиционно неинтересно – очевидно не только мне. Большинство возьмет «Партия Регионов». То, что раньше называлось украинской оппозицией, уже не существует, а новая оппозиция возьмет столько мест, сколько будет оговорено на Банковой. Сюрпризом не будет! Выборный процесс будет напоминать брежневские времена – то есть период, когда политтехнология еще не родилась…

Р.: В брежневские времена, когда борьба проходила внутри кабинетов, были специалисты

А.: В Советские времена? Конечно, были. Были и блестящие идеологи, системщики (впрочем, не в Киеве – 1991 год это четко показал). Но это – советские пропагандисты, это не имеет никакого отношения к пиару, демократическим выборам и политтехнологиям нового времени.
Пропагандистская машина прекрасно работала в Рейхе, не только СССР. Я о другом. О том, чтобы называть вещи своими именами. Это первый шаг к осмыслению реальных процессов и выработки сбалансированных, эффективных политических решений в Украине, которые воспринимались и народом, и элитами.

Увы, сегодня в нашей замечательной стране огромных возможностей система стандартов качества в политтехнологиях, ровно как и в медицине, других сферах государства, отсутствует. Вот так и живем.

Р.: В связи с этим абстрактный вопрос. Пиарщики, политтехнологи у нас не продуцируют смыслы, они присоединяются трендам. К оранжевым, например. И пытаются подключить к нему своего кандидата. Этот тренд может быть как историческим (стилистически тяга к Советскому Союзу – коммунисты, партия Регионов), так и оранжевым, либеральным, демократическим… Вопрос в том: Откуда энергия продуцируется в среде политтехнологов?

А.: Я очень хорошо помню время прихода к власти Виктора Ющенко и страх большого числа его оппонентов, не ожидавших его победы на президентских выборах. Огромный был запрос на политтехнологов. Мы стали работать буквально через три дня после того, как оранжевая власть переместилась с Майдана на Банковую. У нас сразу появились заказы, связанные с рением вопроса, как же жить дальше тем, кто эту власть на выборах не поддержал. Это был просто золотой век украинских политтехнологов. Мода на либеральные проекты.

Новоявленные политтехнологи изгалялись, как могли: избиратели задабривались агитационными фуршетами, во дворах пиарщики рисовали перед бабушкам на флипчартах план страны. Только при этом мэром становился Черновецкий, который использовал грамотный сетевой подход к избирателям, решая острые для них проблемы, состоящих не только в мешке гречки, но и в проявлении внимания к простому человеку.

Именно в это время появился главный оппозиционный message, который присутствовал в Украине последующие пять лет – message про справедливость. Так случилось, что он был разработан нашей группой и совсем не для партии «Батькивщина». Реальный заказчик, известный уважаемый олигарх, позже перешел в партию БЮТ и передал наработки Тимошенко, которая использовала его в своей политической борьбе. Это совмещение у Тимошенко левой социал-демократических лозунгов и национальной, правой платформы - парадокс места и времени, в котором мы живем. Как и многие пост-советские страны, Украина живет между двух миров, Западом и Востоком, СССР и Независимостью, Россией и Европой, может, поэтому до сих пор сомневается в том, нужно ли на самом деле вырабатывать собственную идеологию.

Р.: Вот у меня возник на этой почве очень интересный вопрос. Мне кажется, что российские приглашенные гости приезжали к нам всегда с готовым разработанным идеологическим пакетом, с которым они везде участвовали в кампаниях. Такая заготовка была у «озимых», и потом у «Вече» Богословской. Они везде продавали свою собственную идею достижения лучшей жизни.

А.: Ты имеешь ввиду попытку разработать настоящие либеральные проекты на территории страны? Эти попытки произошли чуть раньше. Партия «Вече» была копированием проекта КОП. Красивого такого проекта, если помнишь.

Р.: Оба проэкта оказались неудачными. Я вот хотел уточнить у тебя в связи с этим. Почему не вышло?

А.: Тут есть несколько моментов. В том числе и готовность воспринимать либеральную идею населением. Если рассматривать КОПовский проект с точки зрения политтехнологий, то, на мой взгляд, не последнюю роль в ее неудаче сыграл тот факт, что российские технологи, которую эту идею в Украине представили, говорили на… неукраинском языке. Системная ошибка россиян в Украине – непонимание культурной разницы наших стран.

Создавая сильные визуальные образы нового поколения, они умудрялись делать массу языковых ошибок, например, называя тогдашнего партийца Миколу Вересня «Николаем Сентябрьовым». Это мелочь, но это очень хорошо проявляет ситуацию, которая происходила на всех уровнях реализации кампании. Кроме этого нужно, было просто учитывать то, что Украина, в отличие от России немонолитна. Здесь в каждом регионе существует своя тональность, своя культура и история. Одесса и Донецк – это две большие разницы. А российские специалисты пытались наложить на Украину шаблон, который сработал бы в России, где за счет масштаба и магической силы телевидения можно эффективно управлять единой избирательной кампанией. Украина устроена по-другому.  Опытные управленцы кампанией КОПов устранили бы эти ошибки, но тогда они столкнулись с дефицитом времени и не имели возможности глубоко изучить ситуацию. В результате, новая партия взяла 2,7 %
Как для первой пробы и работы с новой идеей в новом пространстве это неплохой результат. Спустя два года, партия «Вече», КОПОвский наследник, берет столько же. Копирование не приводит к преумножению. Помните, партия «Вече» выпускает миллионным тиражом книгу «План страны», а потом тираж на мелованной бумаге раздавали бабушкам в нищих селах, где план только курят, а не читают. Это еще раз говорит о том, что украинские политтехнологи (да и политики тоже) не учатся… И за неимением собственных идей, чтобы выжить, предпочитают проворно присоединяться к существующим ходовым трендам. Для этого нужно иметь отменную чуйку и правильно нащупать точку «джи». В этом смысле у нас, наверное, лучшие «джи» - специалисты чем в мире.

Р.: Ну, наверное, потому что, извини за слово, точка «джи» очень близка к другому месту, куда нас определил кризис…

А.: Вот эта поза в раскоряку, это совершенно историческая поза для украинца, и к этому нужно отнестись философски. В то же время, коль ты уже затронул точку «джи» в контексте «профессии, которой нет», то я бы разила эту мысль следующим образом. (Полагаю,  имею на это право, поскольку «Украина. Точка G» - название моей новой книги и через призму двух этих понятий я старалась осмыслить процессы, происходящие на пост-советском пространстве в последние 10 лет). По законам йогических знаний, точка «джи» находится в самой низкой чакре и расположена она ближе к пупку, который расположен в более высокой чакре чакремуладхаре, соединяющей в себе низкие и высокие энергии. Пупок - мистическая точка. Моя книга также содержит в себе мистическую линию. Как же без этого? Ведь действие ее разворачивается в Киеве, в знаковых местах, большинство персонажей узнаваемы. В книге нашлось место не только для Воланда, Мастера и Маргариты, трех последних украинских президентов, братьев по цеху – Александра Бланка, Константина Дорошенко, Густава Водички, а также для популярных интернет-ресурсов «Украинская Правда» и Wikileaksи, конечно же, телевидения.

Р.: Когда и где ее можно будет прочесть?

А.: Все новости книги можно почитать на специальном сайте - ukraine-g.com.ua. Сейчас на книгу лучше откликается интернет, ее готовы разместить у себя ведущие электронные магазины, например, Амазон. В печатном варианте ограниченным тиражом книга выйдет ближе к весне.

Первую часть интервью можно посмотреть здесь.

blog comments powered by Disqus
baner 1
при использовании материалов ссылка на Выборы.org обязательна.

© 2002—2020 «Выборы.ORG»